Аккуратная и симпатичная девочка в моей новой школе — подруга детства, с которой я играл, думая, что она мальчик

Переход в новую школу всегда дается тяжело, но для меня это был шанс начать с чистого листа. В старой школе я был тихоней, которого никто не замечал, и я надеялся, что здесь все будет иначе. В первый же день я заметил её. Аккуратная, с идеально выглаженной формой и длинными темными волосами, перевязанными лентой. Она сидела у окна и сосредоточенно читала книгу. Когда наши взгляды встретились, она вдруг улыбнулась, и в этой улыбке было что-то до боли знакомое. Она подошла ко мне на перемене и, не смущаясь, ткнула меня в плечо. «Ты что, совсем меня не узнаешь?» — спросила она, и от этого жеста и голоса у меня внутри все перевернулось. Я вспомнил пыльный двор, разбитые коленки, вечные гонки за мячом и лучшего друга детства, с которым мы лазали по деревьям и которого все звали просто Сё. Только вот Сё был мальчишкой, вечно чумазым и драчливым, а передо мной стояла самая опрятная девушка в классе. Оказалось, её семья переехала, когда мы были в начальной школе, и все эти годы она носила короткую стрижку и одевалась как мальчик, потому что так было удобнее для занятий спортом. Теперь же, сменив имидж, она превратилась в ту самую «идеальную девочку», о которой пишут в романтических комиксах.

Поначалу было дико неловко. Я не знал, как себя вести с человеком, которого помнил как закадычного друга, но который теперь вызывал смущение одним своим взглядом. Она же, наоборот, вела себя так, будто ничего не изменилось. Она запросто могла залезть под мою парту, чтобы подобрать упавшую ручку, или без спроса взять мой бенто, комментируя, что я неправильно нарезал овощи. Одноклассники начали дразнить нас, видя, как мы постоянно спорим и смеемся. Но самое странное началось, когда я попал в беду. Старые знакомые из моей прошлой школы решили напомнить о себе и подкараулили меня после уроков. Я уже приготовился к драке, как вдруг из-за угла вышла она. Не та аккуратная отличница, а прежний Сё. Она молча скинула пиджак, закатала рукава и за секунду уложила двоих на землю, используя те самые приемы, которым мы учились в детстве, пиная консервные банки. После этого она просто отряхнула юбку, надела пиджак и, поправив ленту в волосах, строго сказала мне: «В следующий раз зови меня сразу. Нечего геройствовать». И в этот момент я понял, что между нами больше нет той детской простоты. Есть только путаница в голове, странное тепло в груди и осознание, что мой лучший друг, который когда-то был мальчишкой, теперь заставляет мое сердце биться чаще, когда просто поправляет свою идеально завязанную ленту.